От лица всего архитектурно-строительного факультета мы хотим поздравить с Днем рождения доцента кафедры «Архитектура и изобразительные дисциплины» Александра Сергеевича Кокшарова.

На протяжении почти 20-ти лет он делится своими знаниями и опытом со студентами нашего факультета. Как начиналась его карьера, почему для своей профессиональной деятельности он выбрал город Кострома – обо всем этом узнаем из личной беседы. Итак, начнем.

Александр Сергеевич Кокшаров – архитектор, реставратор, кандидат архитектуры, член Союза Архитекторов России, член Реставрационного Совета областного Комитета по архитектурному наследию.

В каком учебном заведении Вы получали образование?

Я учился в Ленинградском инженерно -строительном институте. Направление «Архитектура жилых и общественных зданий».

Когда Вы начали заниматься реставрацией и как к этому пришли?

Для этого были некоторые предпосылки. В процессе учебы я занимался научным исследованием по храмовой архитектуре Уральской зоны, делал доклады на студенческих конференциях. Моим научным руководителем была Елена Владимировна Кондратьевна, кандидат архитектуры. Она курировала меня до 4-го курса обучения в институте. После окончания учебы необходимо было получить распределение на работу. Я был первый среди иногородних студентов в рейтинге и уже выбрал должность районного архитектора в Архангельской области. Но к этому времени Елена Владимировна предложила мне работу реставратором в Пермском крае. Я согласился и получил новое распределение на работу. На тот момент у меня уже была семья и ребенок. Так мы начали работать в Пермскую специальную научно-производственную реставрационную мастерскую в 1985 году. Я поехал туда работать первым. Устроился не в Перми, а в городе Соликамске, там нам выделили квартиру. Это древний город, где находится очень много памятников архитектуры.

Расскажите поподробнее о Вашей работе в городе Соликамске. Каким было Ваше первое задание, какую работу можете выделить как наиболее значимую?

Трудно было сразу адаптироваться. Во-первых, это новая специальность, которая имеет свою специфику, связанную с технологией реставрации. И первая работа, которую мне поручили, это приспособление памятника архитектуры Троицкого собора 17 века. Необходимо было сделать чертежи для интерьера входной группы. Основной работой считаю реставрацию памятника архитектуры 19 века - Контора солеваренного завода. Также мы занимались обмером памятников, я вел надзор за процессом реставрации, делал различные расчеты, узлы, следил за технологией строительных работ. В Соликамске находился реставрационно-строительный участок, а проектный отдел в другом городе. Он базировался в Перми. Я туда ездил раз в квартал, отсчитывался, получал задание. Тогда была распространена такая практика. Я был руководителем проектной группы из трех человек. Из своих работ хочется отметить мужской Соликамский монастырь, где мы сделали обмеры и приспособление. Одна из церквей, Воскресенская, была отреставрирована полностью по нашему проекту с Мариной Алексеевной Кокшаровой. В Перми в 1988 году я вступил в Союз архитекторов.

Почему Вы переехали в Кострому? Как сложилась ваша профессиональная деятельность в этом городе?

Переехать пришлось из-за сложностей уральского климата. В Костроме я реставрацией не занимался, только реконструкцией. Уже в Соликамске я начал делать историческую реконструкцию исторического центра города. Тогда подобные темы были модными. Работал в костромской проектной организации главным архитектором проектов. Но я не привязывал типовые проекты жилых домов, а занимался разработкой архитектуры для исторических городов Костромской области, т.е. делал реконструкцию. Я был соавтором проекта реконструкции центра Галича. Впоследствии работу отметили дипломом 1 степени на всероссийском конкурсе. Она была опубликована в журнале «Строительство и архитектура России». Также я разрабатывал серию жилых домов из монолитного железобетона для буферных зон исторических городов Костромской области. Это был 1889 год, начало 90-х.

Какие проекты из вашей практической деятельности для города Кострома можете отметить?

В Костроме я выполнил реконструкцию нескольких кварталов. Например, 26, 22, 11, 13,14 и другие. Были сделаны проекты новых зданий для этих кварталов.

Тема реконструкции имеет научный характер. И я сотрудничал с Московским институтом реконструкции городов. Меня всегда тянуло к истории, архитектуре. Реконструкция - это промежуточная стадия между новым и старым. Работа не только проектная, но и связана с исследованиями, теоретическими разработками. В связи с этим выступал на российских и международных конференциях с докладами в Перми, Улан-Удэ, Новосибирске, Дюссельдорфе и Костроме. Все доклады были отмечены организаторами конференций.

Как Вы сказали ранее, реконструкция связана с научной работой. Как давно Вы занимаетесь научными исследованиями? Какое направление выбрали для исследований?

Когда я пришел преподавать в Костромскую государственную сельскохозяйственную академию на архитектурно-строительный факультет в 1997 году, то здесь решил заняться наукой, теорией архитектуры и реставрации. В 2007 году защитил кандидатскую диссертацию в Нижнем Новгороде по деревянной застройке 19 века города Кострома. Одно из внутренних направлений научной деятельности - это деревянное зодчество. Весной выйдет моя книга, научная монография «Жилая деревянная архитектура Костромы. 19-начала 20 веков». Специализация по дереву мне больше нравится. Еще и потому что деревянное зодчество недолговечно, уходит, сжигается. Недалеко от Соликамска есть поселок Усолье, пример реставрации. Его полностью отреставрировали. Но жители постепенно уезжали оттуда и памятники архитектуры опустели. Когда это произошло, то памятники начали разваливаться. Получается, мало только отреставрировать, надо еще и сохранить. А чтобы сохранить, надо чтобы эти здания эксплуатировались.

Назовите значимых для Вас людей в реставрационной сфере, за чьим творчеством Вы следите?

Михаил Исаевич Мильчик, советский и российский искусствовед, член Союза архитекторов России (с 1984), член Советов по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербурга и министерстве культуры РФ, лауреат премии им. академика Д.С.Лихачёва «За сохранение культурного наследия России» (2008).

Пётр Дмитриевич Барановский — российский, советский архитектор, реставратор памятников древнерусского зодчества. Основатель музея в Коломенском и Музея имени Андрея Рублёва в Андрониковом монастыре.

Юрий Сергеевич Ушаков - доктор архитектуры, профессор, лауреат Государственной премии РСФСР по архитектуре.

Калерия Густавовна Тороп - архитектор,  почетный гражданин города Кострома, заслуженный работник культуры РСФСР (1974 г.), награждена медалью «За трудовую доблесть» (1984 г.), лауреат премии им. Д. С. Лихачева.

Иосиф Шефтелевич Шевелев - заслуженный архитектор РФ, почетный гражданин города Костромы, лауреат муниципальной премии имени академика Д.С. Лихачева, Действительный член Нью-Йоркской академии наук, почетный член Российской академии архитектуры и строительных наук.

Леонид Сергеевич Васильев – архитектор-реставратор, заслуженный работник культуры РСФСР, почётный гражданин города Костромы.

Изучив ситуацию в городе Кострома, как Вы на данный момент оцениваете состояние памятников архитектуры?

Критически оцениваю. Скажу, что мне нравится и не нравится. Во-первых, не нравится то, что реконструкция ведется очень плотной застройкой, немасштабной для центра, часто подавляющей памятники. Это 3-х, 4 –х этажные здания в виде больших коробок. Архитектура этих зданий примитивна. Приемы архитектуры излишне современны. Открытые лоджии или остекленные лоджии – это архитектура модернизма и она не может появиться в исторической среде. Она отторгается. Во-вторых, в градостроительной реконструкции кварталов нет комплексного подхода. Делается выборочно, по методу выкупа земли и сноса деревянных зданий. Где купили землю, там и строят, и не учитывают, что будет стоять рядом. В-третьих, почему-то застраивается охранная зона первого полукольца с нарушением законодательства. Здесь вообще ничего нового строить нельзя, может быть только реставрация. Но под словом реконструкция строится новая архитектура. Каркас застройки исторической части состоит на 60 процентов из деревянных домов. С уничтожением этой архитектуры меняется код города. И в результате изменяется образ города. Кроме того, владельцы деревянных домов ремонтируют фасады, меняя архитектуру на современный манер. Убирают наличники, облицовку и используют современные материалы для облицовки. Этого делать нельзя, ведь город носит звание исторического поселения и его надо сохранять. А сохраняются только памятники архитектуры, и то на них есть покушения со стороны владельцев. Положительное в городе в том, что ведется благоустройство.

Что Вы можете сказать о развитии реставрационной науки на протяжении ближайших лет? Как влияют на это развитие современные технологии?

Что касается реставрационной науки. Реставрация из научной сферы превращается в ремесленную. Научная составляющая в проекте реставрации уходит в прошлое. Дело не в изменении отношения к памятникам архитектуры, сейчас даже строже в какой-то степени относятся. Но сам процесс проектирования и производства стал осовремениваться. Используют современные строительные материалы и технологии. Это ошибка. Когда памятник оштукатуривают, а не белят, он приобретает современный вид. Все гладко и ровно, а так быть не должно. Реставрация подразумевает воссоздание в первоначальном виде, а этого можно достичь с восстановлением старых технологий. Но это ушло. Приспособление памятников под современные функции заканчивается ремонтом. Реставрация подменяется ремонтом. Плохая тенденция.

Как Вы считаете, актуальна ли сейчас профессия реставратора для Костромы и для России в целом?

Нет, не актуальна. Сегодня идет замена старой архитектуры новой. Если взять любую улицу исторического центра, то на всей улице лишь два, три здания являются памятниками архитектуры, а остальная застройка не защищена. Она никого не интересует. Но это застройка ведь лицо нашего города. Поэтому профессия не актуальна. Актуально вот для кого. В других городах, более крупных. Вот, например, даже Вологда. Город немного больше нашего. Там есть инициаторы сохранения памятников, общество по защите памятников. У нас этого нет. Город не созрел, чтобы кто-то встал на пикеты и запретил сносить памятники. Но тем не менее город включен в состав Золотого кольца России. Академик Иосиф Шефтелевич Шевелев сказал мне однажды, что деревянная архитектура в течение 50 лет будет полностью заменена новой. Все строят в центре. А почему нельзя строить новые дома в других районах? Вот сейчас на Комсомольской ведется активный снос исторической застройки. И на этой улице всего два памятника архитектуры.

В продолжение темы о сохранении памятников архитектуры. Сейчас ведутся работы по восстановлению ансамбля Костромского Кремля, который был когда-то полностью утрачен. Как Вы относитесь к данному проекту?

Как реставратор отрицательно, потому что это не реставрация, это так называемый новодел. Такая ситуация допустима в случае уникальности застройки. Как градостроительные доминанты храмы ансамбля важны. Это будет новая архитектура, но подаваться она будет как старая. Заново запроектированные, приспособленные под новые функции здания, не относятся к реставрации. Положительно только с градостроительной точки зрения. Да, это хорошо, что появляются доминанты.

И в конце беседы, что вы пожелаете молодым архитекторам, которые хотят стать реставраторами?

Глубоко изучать историю культуры своего города в целом. Она имеет уникальную ценность, так как она неповторима. Вот таких домов вы больше нигде не увидите. В каждом городе своя культура. Хотя все строилось по образцовым проектам, здания получили народную интерпретацию. Что еще… Если реставрировать, то нужно готовить себя для второй волны реставрации. Думаю, она наступит. Сейчас реставрация не ведется.